СОБРАНИЕ ЗАБЛУЖДЕНИЙ ОРЛОВСКИХ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЕЙ

<< предыдущая статья     оглавление     следующая статья >>
СОБРАНИЕ ЗАБЛУЖДЕНИЙ ОРЛОВСКИХ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЕЙ

Попытки властей декларировать поддержку предпринимательства тонут в реалиях сокращения бизнеса в производстве, росте убыточных и малорентабельных проектов, мельчании и дроблении малого бизнеса на микробизнес, самоликвидации субъектов предпринимательской деятельности. Три года подряд
с трибун звучит один и тот же набор цифр: малый бизнес дает свыше 20% ВВП и предоставляет рабочие места 80 тысячам жителей области. И суть даже не в том, что нет за три года динамики, а в том, что эти красивые, но дутые цифры вводят нас всех в заблуждение и отвлекают от настоящих проблем.

Перенасыщенный административно-управленческий аппарат субъекта Федерации, органов местного самоуправления, муниципальной власти абсолютно не адаптирован к новой структуре экономической модели государства, в нем нет штатной группы, напрямую выполняющей функции государственной поддержки предпринимательства. Поэтому ни правовой защиты, ни финансовых инструментов, ни программной стратегии развития малого бизнеса у нас, к сожалению, просто не существует. Между тем, стяг государственной и областной поддержки предпринимательства реет над известной коммерческой структурой - Центром Рыночных отношений "Развитие". Кстати эту хозяйственную единицу, как и несколько других возглавляет вроде коммерсант, судя по регалиям руководителя "Орелстроя", а то ли чиновник, судя по статусу руководимых им ЦРО "Развитие", Фонда поддержки предпринимательства, с фамилией Соболев.

Именно через "Развитие" и сопряженные с ней структуры идут колоссальные потоки бюджетных средств на поддержку орловского бизнеса. Например, согласно отчету о консолидированном бюджете области в 2002 году на инфраструктуру развития рыночных отношений было выделено 265 млн рублей, это почти миллион в день. Бюджетный допинг огромен в сравнении с другой цифрой: дефицит бюджета области составил 234 млн руб. Тем не менее экономического рывка в бизнес-среде области не проявилось. Поглощение денег прошло незаметно для преобладающей части предпринимательства, о массовости которого вещают с трибун. Еще более печально выглядит картина целевой финансовой поддержки субъектов малого бизнеса. Из той, уже упомянутой девятизначной рублевой суммы на малый бизнес не было выделено ни копейки. В прошлом году положение принципиально не изменилось: малый бизнес получил прямой целевой финансовой помощи 3 млн руб., то есть по 100 рублей на один субъект малого предпринимательства. Но это в среднем. А реально получить кредит в фонде поддержки предпринимательства могут далеко не все. И проблема даже не в том, что на старте предпринимательской деятельности у большинства нет залогов и поручителей, и не в особом выборочном подходе, фильтрующем соискателей кредита по особому "тесту", а в самой профанации понятия "льготное кредитование" в фонде. Кредиты там дороже банковских, да и не кредиты это вовсе, а займы. Это принципиальная разница, поскольку суммы процентных ставок по займам в отличие от кредитов платятся из прибыли, а не включаются в себестоимость. Это в большинстве видов бизнеса, и особенно на старте крайне невыгодно. Микрокредитование также не оправдывает себя как экономический инструмент финансовой поддержки малого предпринимательства. Там огромные процентные ставки - в разы выше банковских и "бандитских", поэтому круг пользователей этими кредитами ограничен. Не стоит "заикаться" новоявленным бизнесменам о субвенциях процентных ставок из средств местных бюджетов, поскольку это удовольствие для "избранных".

Рынок муниципальной и федеральной недвижимости является, по данным анкетирования орловских предпринимателей, самой закрытой, непрозрачной и коррупционной сферой. У нас не существует честных и открытых правил доступа к аренде недвижимости, управляемой чиновниками. Нет конкурсов, аукционов, тендеров. Есть телефонное право, протекционизм, коллегиальность отказов и единоначалие разрешений. Помимо сокрытия самого реестра имущества - тех же муниципальных или федеральных площадей и изначального "табу" на справедливое получение в аренду помещений, предпринимателей будут осаждать "наперсточники", профилирующиеся на завышении арендных ставок, на невероятных коэффициентах инфляции, вдвое удорожающих аренду за год, на многотомных согласовательных процедурах. Например, открытую танцплощадку в парке назовут "нежилым помещением"; коэффициент инфляции установят под 200%, а визы на договора пошлют собирать в десятке инстанций. То, что в предпринимателе с порога видят не хозяйствующий субъект и не налогоплательщика, а "дойную корову", свидетельствуют хотя бы договора аренды с Комитетом по управлению муниципальным имуществом г.Орла. "Радеющие" за экономическое процветание "родных" структур чиновники обдирают предпринимателей как липку, прибавив им к арендной плате обязательства дать денег ЖРЭП, Архитектору, Спецавтобазе, страховщикам, на тротуарную плитку, на асфальт, на фасад, на вывески. В среднем, по данным "ОПОРЫ РОССИИ", с предпринимателей вымогаются таким образом суммы, втрое превышающие бюджетные поступления от аренды. Причем эти суммы, как предмет принудительного обременения договоров аренды, официальному регламенту, контролю и учету не подвергаются. Не зря управитель муниципального имущества, вице-мэр Вячеслав Азаров по итогам прошлого года удостоен "почетного" звания "Тормоз орловского предпринимательства", но по скромности своей отказывается принимать приз "Тормозной башмак".

Нет его, государственного сознания, у самих чиновников. Поразительно, как порой владелец мелкого самозанятого бизнеса ведет себя патриотичнее иного представителя власти. Парикмахер Марина Демушкина в надежде, что ее бизнес, арендная плата и налоги нужны области, вступила в арбитражный спор с бывшим арендодателем, которого уличила в "уводе" недвижимости из государственной собственности. И что характерно, предприниматель и руководитель федеральной собственности поддерживают иск, а местный босс государственного имущества в принципе и не против того, чтобы вверенное ему имущество "осело" в чьих-то частных руках.

Бывалые бизнесмены, особенно те, кто работает на упрощенной системе налогообложения и на едином налоге на вмененный доход, вполне реально хотят и теоретически могут прекратить "теневой" оборот. Их неучтенные доходы, как и расходы не повлияют на налогообложение. А значит не повредят государству. Проблема "вывода бизнеса из тени" - это, с одной стороны, проблема утаивания доходов и уклонения от налогов, подрыв экономического потенциала страны. Но это еще и проблема, тесно корреспондирующая с проблемой коррупции.

Уклонение от налогов при нормальном налоговом администрировании может быть выявлено. Но у многих ли выявляется и фиксируется? Обсчеты и обвесы не редки, но многие ли из них караются? Забракованная продукция как-то вновь попадает на прилавки. Каждому событию есть мера благодарности - взятка, откуп. Обследования, проверки, контрольные закупки, получения разрешений и заключений, согласования и визы чиновников - все это тоже требует "благодарности" в денежных знаках. Источником взяток, несомненно, являются "теневые" доходы. Коррупция в околопредпринимательской сфере так поставлена на поток, что маховик постоянного извлечения "теневых" капиталов уже больше толкается чиновниками, а не бизнесменами. Малому и среднему орловскому бизнесу при нынешнем уровне его администрирования, при наличии бюрократических рогаток, остается только "ковать железо" для чиновников-мздоимцев, не забывая, естественно, и себя.

Любопытно исследование орловского отделения "ОПОРЫ РОССИИ": из чего складывается средняя цена на единицу товара на вещевых рынках города Орла, зоны самой высокой всеведомственной коррупции? В средней цене на вещевом рынке треть наценки покупатели оплачивают в виде "левых" денег обличенным властью "слугам народа". В дополнение к их официальным заработным платам. Иными словами, в теневых доходах чиновники, клерки, служащие контрольных служб заинтересованы не меньше, чем предприниматель, негативный имидж которого пугал детей на рекламных банерах Министерства по налогам и сборам. Собственно, вполне возможно размещать в негативе на такой же афише "Пора выйти из тени!" портреты многих орловских чиновников, чей официальный заработок не адекватен стоимости их вилл, автомобилей, дач и квартир.

Как показало анкетирование орловских предпринимателей, 87 % из них считают, что силовые структуры, правоохранительные органы допускают произвол в отношении субъектов малого и среднего бизнеса. Наибольший масштаб силовых "наездов" на бизнес, по данным опроса, особенно практиковали сотрудники органов ныне распущенной налоговой полиции. Маски-шоу были "народной забавой" этой организации. При этом обоснованность вторжений налоговых полицейских часто даже не мотивировалась. Общая тенденция: силовые структуры используются для "разборок" в конкурентной борьбе, для прессинга властей на строптивых предпринимателей, для "вытеснения" из помещения, для захвата чужого бизнеса. Лишь 5% орловских предпринимателей заявили, что действия силовых структур против них носили законный и обоснованный характер. Следует отметить, что силовые органы, особенно налоговая полиция в свое время довольно активно пользовалась несовершенством и пробелами в законодательстве. Особый "конек" как раньше, так и сейчас - это Закон об оперативно-розыскной деятельности. Своеобразно трактуя его для себя, силовики вторгаются в служебные и личные помещения, мешками и коробками изымают документацию, без оснований удерживают ее, обрекая "заказанные" фирмы либо на длительные судебные тяжбы по нарушению процедур изъятия, либо на "откуп", либо на вымирание. В Орловской "ОПОРЕ РОССИИ" проследили судьбу 14 предприятий, подвергнутых за последние годы "наездам" правоохранительных органов, в том числе налоговой полиции. В 12 из них не было никаких правовых оснований для "захвата" помещений, не возбуждалось уголовных дел. В восьми из них вся документация изымалась без описи документов. После "отъема" документов в 13 случаях никаких обвинений субъектам бизнеса не предъявлялось, в 9 случаях документы не возвращены до сих пор и дел по ним не ведется. Из всех 14 фирм вследствие подобных оперативно-розыскных мероприятий закрылись самостоятельно и прекратили свое существование 9.

Не менее актуальны и вопросы вторжения правоохранительных органов в сферу потребительского рынка. Закон о милиции позволяет участковому из микрорайона Лужки "оттягивать" на взятки предпринимателей с Центрального рынка, а какой нибудь технической милицейской службе "приставать" к продавцу колбасой на рынке Агрокомбината. Досадно, что важные и нужные силовые службы по некоторым причинам распыляются по мелким и незавидным делам.

Проблема усугубляется еще и полным равнодушием к жалобам предпринимателей со стороны прокурорских служб. Шаблонный ответ, поступающий из Прокуратуры, в точности повторяющий поступивший днем ранее ответ от того органа или того лица, на которое жаловались, убеждают предпринимателей в том, что защита их прав и законных интересов никем не осуществляется. "Предпринимателей много, а прокуратура одна", - задумчиво отвечает один из ее сотрудников. И ладно б если действительно так! Но ведь в области еще одна тенденция: прокурорские органы в той или иной степени протекционируют одним субъектам бизнеса в ущерб другим.

Не меньше, чем предприниматели, заблуждаются и уважаемые орловские чиновники. Они напрасно считают, что импульс развитию экономики области способны дать только внешние инвесторы. Глубоко ошибочно не учитывать в инвестировании ресурс малого и среднего предпринимательства. Собственные накопления, семейные средства, свои помещения, транспорт, землю, силы, умения и знания люди готовы вложить в развитие собственного дела. Это мощный материальный ресурс, в совокупности превышающий самые смелые инвестиционные ожидания региона, самые дерзкие эмиссии государственных займов. Нужно только создать условия, климат, государственный подход к предпринимательству.

Марина ИВАШИНА, руководитель орловского регионального отделения "ОПОРЫ РОССИИ"

<< предыдущая статья     оглавление     следующая статья >>