КО УБИЛ БИЗНЕСМЕНА?

<< предыдущая статья     оглавление     следующая статья >>
КО УБИЛ БИЗНЕСМЕНА?

“Убойное” событие в городе Гусь-Хрустальном Владимирской области привело на скамью подсудимых четверых мужчин: местного крупного предпринимателя, генерального директора ООО “Мальцов-Холдинг”, объединяющий сеть магазинов и пивзавод, депутата Гусь-Хрустального городского Совета народных депутатов Вячеслава Умнова, начальника его частного охранного предприятия Алексея Воронкова, а также гусевчан Руслана Корнева и Михаила Кузнецова.

Дело рассмотрел судья областного суда Сергей Медведев с участием суда присяжных. По версии предварительного следствия Предварительным следствием было установлено, что заказчиком убийства являлся Вячеслав Умнов. Надо заметить, что знакомство Нефедова и Рыбкина имеет долгую историю: Владимир был тренером Андрея - тогда еще школьника - по легкой атлетике. В декабре 2004 он из личной неприязни к Андрею Рыбкину, возникшей из-за конфликтов на почве их совместной предпринимательской деятельности, вступил в преступный сговор с Алексеем Воронковым, предложив тому совершить убийство Рыбкина или подыскать для этой цели других лиц. Конфликты с Рыбкиным участились и Умнов все чаще напоминал Воронкову о необходимости убийства. В конце июня 2005 года Воронков предложил своему знакомому Корневу заработать - <убрать> одного человека. У Корнева с Кузнецовым были долги - 300000 рублей, которые сулили приятелям большие неприятности. Поэтому недолго думая Корнев согласился совершить заказное убийство за 10 тысяч долларов. После того, как Умнов дал Воронкову добро на уплату исполнителю убийства названной суммы, Воронков сообщил Корневу, что его условия приняты и назвал имя человека, которого надо убить, - Рыбкин Андрей Анатольевич, фотографию жертвы, дом, где живет Рыбкин, сообщил марку и государственный регистрационный знак автомобиля. К делу Корнев подключил своего приятеля - Кузнецова, которого также соблазнило обещанное денежное вознаграждение.

В гараже матери Корнева подельники изготовили из охотничьих ружей обрезы. Оружие, заряженное дробью, стали возить в багажнике автомобиля, поджидая удобного случая для совершения убийства. 13 июля 2005 года после 15 часов Корнев и Кузнецов увидели, как Рыбкин выехал на своей машине с территории пивзавода <Мальцов>. Злоумышленники проследовали за ним в садовое товарищество <Дзержинец>, в район улицы Парковой Гусь-Хрустального. С обрезами спрятались в кустах рядом с садовым домом Рыбкина и стали ждать появления живой мишени. Когда Рыбкин вышел из садового домика, Корнев и Кузнецов подбежали к нему и пальнули из обрезов. Дробь навылет прошла сквозь голову потерпевшего. Также Рыбкин получил ранения в предплечье и в ногу. <Отстрелявшись>, киллеры скрылись с места преступления. Об убийстве Рыбкина Корнев сообщил Воронкову в тот же вечер, потребовав выплатить обещанное вознаграждение. Из полученных от Умнова 300000 рублей Воронков передал Корневу 270000 рублей - вычел сумму, которую Корнев как-то брал у него в долг. Муж ставил рядом с кроватью ружье Доказательствами, подтверждающими обвинение, предварительное следствие представило показания потерпевших и свидетелей, признательные показания Корнева и Кузнецова, данные ими сразу же после задержания, а также признательные показания Воронкова.

Из показаний матери Рыбкина - Валентины Александровны следует, что Андрей был честным, справедливым, неконфликтным и неагрессивным человеком. Он любил своих сыновей, которым было 8 и 12 лет. А для нее Андрей был заботливым сыном и опорой в жизни. От Андрея она знала, что с весны 2004 года отношения между ним и Умновым испортились. Андрей говорил, что уличил Умнова в краже денег фирмы. С тех пор был чем-то обеспокоен. Вскоре он перевез семью в город Клин Московской области, пояснив, что Умнов с одним из своих компаньонов угрожали расправой ему и детям. Сын сказал, что уйдет от Умнова и будет заниматься бизнесом отдельно. В конце 2004 года они разделили бизнес окончательно. Андрею достался нерентабельный пивзавод <Мальцов> и некоторые транспортные средства. Он полностью окунулся в работу на пивзаводе, вложил в него все свои деньги и дело пошло на лад. 13 июля 2005 года Валентина Александровна с утра звонила сыну на работу и попросила заехать к ней.

Он подъехал и взял ключи от их дачного домика в садовом товариществе <Дзержинский>. Андрей был спокоен, возможно, старался таким казаться, чтобы мать не тревожилась. Она не знала, не почувствовала тогда, что садясь в машину, сын улыбается ей в последний раз: А вечером ей позвонила дочь Инна и сообщила, что Андрея убили на огороде. Потом соседка по даче рассказывала Валентине Александровне, что, когда прозвучали выстрелы, она была в теплице. Любопытство пересилило осторожность, выглянув, она видела, как к центральному входу бежали двое мужчин. Возле своей машины неподвижно лежал окровавленный Андрей. Валентина Александровна сразу заподозрила, что заказчиком убийства ее сына является Умнов, так как конфликтов у Андрея ни с кем больше не было. Вдова Юлия также показала, что после разделения бизнеса Андрей был напряжен, как струна. Ложась спать, муж ставил рядом с кроватью ружье, а значит, чего-то серьезно опасался, но ничего ей не говорил. Вскоре он перевез ее с детьми в Клин к ее родителям. От Андрея Юлия знала, что муж конфликтовал с Умновым.

Однажды она сама невольно стала очевидцем одного из конфликтов. Они с Андреем и его сестрой приехали на базу <Общепита>, чтобы забрать зарегистрированные на них автомобили. Умнов дал указания Воронкову закрыть ворота и автомобили Рыбкину не отдавать. Воронков вел себя вызывающе, осыпал Андрея нецензурной бранью. Тем временем Умнов стоял в стороне и посмеивался. Чтобы забрать автомобили, Рыбкину пришлось вызвать милицию. Юлия рассказала следователю и о другой конфликтной ситуации между Андреем и Умновым.

Однажды Умнов, не ставя мужа в известность, перевел на себя служебные телефонные номера, зарегистрированные на Рыбкина. При этом подпись Андрея была в документах подделана. По данному факту Рыбкин обратился в милицию. Было возбуждено уголовное дело. В итоге телефонные номера Рыбкину вернули, но Умнов никакой ответственности за содеянное не понес. Муж возмущался также тем, что Умнов не платил транспортный налог за автомобили, которые Андрей передал ему по доверенности.

В ответ на все выкрутасы Умнова Андрей отключил электроэнергию и телефоны в здании на территории пивзавода, которое Умнов арендовал у администрации, что вызвало бурю гнева у бывшего компаньона. Юлия показала также, что на похоронах Андрея Умнова не было, он находился в Сочи. К Юлии Умнов приехал вечером, но на слова соболезнования не расщедрился, был озабочен своей проблемой: говорил, что в городе на него показывают пальцем, ходят слухи, будто это он, Умнов, убил Андрея, но он к этому не причастен.

Некоторое время спустя Умнов предложил Юлии, к которой перешли бразды правления на пивзаводе <Мальцов>, обменять предприятие на магазины его компаньона Нефедова (тоже бывшего тренера), в связи с тем, что тот снова хочет заниматься заводом. При этом он просил об этом разговоре никому не говорить. Умнов даже привел убедительные доводы, подчеркивая выгодность для Рыбкиной такого обмена. Но данное предложение Рыбкина отвергла. При случае она поинтересовалась у Нефедова, правда ли, что он горит желанием заняться пивзаводом? Нефедов очень удивился и сказал, что слышит об этом впервые. Встал на тропу войны В ходе предварительного следствия свидетели также пролили свет на эту нашпигованную конфликтами историю.

Так, свидетель М., которая сначала работала на ООО <Мальцов-Холдинг>, а потом юрисконсультом у Рыбкина на пивзаводе, показала, что примерно весной 2004 года коммерческий директор Рыбкин стал проверять финансовую документацию <Мальцов Холдинг> и выявил недостачу финансовых средств в размере около 2 миллионов рублей. Андрей показал результаты проверки Умнову, но тот, по сути, отмахнулся. У Рыбкина была папка, в которой хранились финансовая и прочая документация, касающаяся незаконной деятельности Умнова. Все это ей стало известно от самого Рыбкина, с которым у нее были доверительные отношения. В последний день его жизни, 13 июля 2005 года, после обеда она зашла к нему в кабинет.

Ей показалось, что шеф нервничает: у него дрожали пальцы рук. На вопрос, что случилось, Рыбкин ответил, дескать сам разберется. Из других свидетельских показаний следует, что осенью 2004 года, после того, как Рыбкин выявил крупную недостачу, Умнов дал программисту указание поставить пароль на компьютер ООО <Общепит>, чтобы ограничить доступ к финансовой документации по приему, расходу и остаткам товара на складах. В результате Рыбкин был лишен возможности проследить движение товара. Начальнику межрайонного отдела управления налоговой полиции Селезневу Рыбкин позвонил в апреле 2005 года и сообщил, что Умнов не платит НДС от сдачи в субаренду магазинов, принадлежащих администрации города.

Он утверждал, что Умнов обязан платить НДС в 8 раз больше, чем платил до сих пор. Рыбкин объяснил, как можно все это проверить. Также он сообщил, что директор ЧОП <Защита> Воронков не имеет права занимать данную должность, поскольку его диплом поддельный и приобрел его для Воронкова Умнов. На основании представленной Рыбкиным информации проводились оперативно-розыскные мероприятия. В отношении Умнова Селезневым был собран материал о недоплате НДС в сумме более 2 миллионов рублей. Было также установлено, что сумма неуплаченных Умновым арендных платежей составляет более 10 млн рублей. Материал проверки был направлен в Гусь-Хрустальную межрайпрокуратуру, так как Умнов являлся в то время депутатом городского Совета народных депутатов. В отношении Воронкова также были собраны материалы, на основании которых были возбуждены уголовные дела. Однако в возбуждении уголовного дела в отношении Умнова прокуратурой было отказано. Накануне рокового дня - 12 июля 2005-го - Селезнев позвонил Рыбкину и сообщил ему об этом. Рыбкин был огорчен, обещал подготовить разъяснение, но не успел.

Изменили показания и убедили присяжных

Давая в ходе предварительного следствия признательные показания, Корнев, Кузнецов и Воронков говорили, что в содеянном раскаиваются. Эти показания сторона обвинения считает правдивыми и неопровержимыми, поскольку они последовательны и одно подтверждает другое. Например, Кузнецов указал место преступления, где они с Корневым убили Рыбкина. Корнев дал аналогичные показания. Оба они указали на одну и ту же канаву, в которую, совершив убийство, выбросили обрезы. Воронков рассказал о передаче Корневу денег после исполнения заказа. Корнев назвал точную сумму, которую получил за убийство от Воронкова и показал, что, превращая ружья в обрезы, они с Кузнецовым спиливали стволы в гараже матери. Экспертиза подтвердила, что именно пилами, обнаруженными в гараже матери Корнева, спилены стволы обрезов, найденных в канаве.

На судебном процессе никто из подсудимых своей вины не признал, а Умнов не признавал ее с самого начала. Корнев в зале суда дал душещипательные показания, которые сводились к тому, что их с Кузнецовым признания во время предварительного следствия имели вынужденный характер, они оговорили себя. Корнев рассказал, как они с Кузнецовым, занимаясь торговлей лесом, попали в долговой капкан, не могли своевременно расплатиться. И тогда к нему на работу наведался незнакомый парень, который вел себя нагло и самоуверенно. Назвался Сергеем, сказал, что все равно придется платить: два миллиона за лес, а два ему - за хлопоты. Корнев ответил, что таких денег у него нет и взять их негде. Тогда Сергей стал <наезжать>, сказал: <Подумай. У тебя дочь 14 лет и жена на сносях>.

Вскоре Корнев обнаружил на автомобиле муляж гранаты, а Кузнецову кто-то разбил окно, через которое влетел обломок кирпича с запиской: <Завтра будет граната>. Вечером Корневу с Кузнецовым позвонил Сергей, и они, опасаясь за жизнь своих близких, явились к нему на встречу. Должники стали просить Сергея снизить сумму, но тот не соглашался, сказал, что у них есть другой выход из положения: <Слышали об убийстве пивовара Рыбкина? Берете это на себя и все вопросы решены. Выбора у вас все равно нет>. И Корнев с Кузнецовым согласились.

Сергей показал им дом Рыбкина, палкой на земле нарисовал маршрут, по которому ехал Рыбкин, пояснил, что бизнесмен был убит из ружья 16-го калибра. Корнев спросил: <А как узнают, что это мы убили?> <Кому надо, узнают>, - лаконично ответил Сергей. Спустя несколько дней Корнев приехал к Кузнецову домой, и его сын сказал, что папу забрали. Корнева задержали на следующий день. Задержанные дали показания в которых, как и договаривались с Сергеем, взяли убийство Рыбкина на себя. Из чего исходили присяжные, вынося вердикт, можно только предполагать. Возможно, на них произвел впечатление рассказ Корнева. Или повлияли яркие речи защитников, которые вскрыли некоторые слабые места следствия, и возмущались, что обвинение основано исключительно на показаниях, от которых подсудимые уже на стадии предварительного следствия отказались.

Возможно, сыграло роль и <последнее слово> Умнова, когда он заверял присутствовавших в зале суда, что его совесть чиста как перед Андреем Рыбкиным, так и перед его мамой, покойным отцом, его сестрой и женой, и высказал надежду, что присяжные не засудят невиновного человека.

Не исключено, что от внимания присяжных заседателей не ускользнуло и то, что у подсудимых обнаружилось алиби. Нашлись свидетели, которые утверждали, что видели Корнева и Кузнецова в кафе <Услади друзей> именно от 16.00 до 16.40 ( примерное время убийства). Так или иначе, но, судя по всему, присяжные поверили подсудимым и их защитникам и вынесли в отношении всех четырех подсудимых оправдательный вердикт. (Напомню, что законность вердикта присяжных оспариваться не может.) Под ликование родственников Умнов, Воронков, Корнев и Кузнецов были освобождены из-под стражи в зале суда. Но в законную силу приговор пока не вступил.

/”Владимирские ведомости”, 20.07.06/

<< предыдущая статья     оглавление     следующая статья >>