БИТВЫ ЗА СОБСТВЕННОСТЬ

<< предыдущая статья     оглавление     следующая статья >>
БИТВЫ ЗА СОБСТВЕННОСТЬ

Захватнические войны, активно ведущиеся в Москве вот уже десять лет, не могут не беспокоить столичные власти. Захват чужого имущества (недвижимости, предприятий, целых акционерных обществ со всеми их активами и т.д., и т.п.) давно характеризуется как самый настоящий экономический терроризм, наносящий огромный ущерб городскому бюджету, а значит, к каждому из нас, жителей столицы. Ведь тысячи процентов чистой прибыли "рейдеров", как романтически именуют себя сами захватчики, - это и исчезновение десятков тысяч рабочих мест, и банкротство предприятий, и, как следствие, сотни миллионов рублей, недополученных казной в результате сужения налогооблагаемой базы. Между тем конца захватам пока не видно - колоссальный рынок захватов в Москве обеспечит захватчиков "работой", по оценкам экспертов, на ближайшие шесть-семь лет. "Тверская, 13" давно занимается изучением этой проблемы (последняя публикация об очередной "битве за собственность" - в N 65 66 от 2 июня 20О5 г.). Журналисты "Тверской, 13" и канала ТВЦ в рамках совместного проекта подготовили передачу с участием начальника столичного Управления по экономической безопасности Александра КОРСАКА, который рассказал о тенденциях развития рынка захватов в столице и методах борьбы с этим негативным явлением.

- Александр Борисович, как развивается концепция экономической безопасности на общегосударственном и московском уровне? И что вообще это такое - экономическая безопасность?

- Наша встреча символична - три года назад, 18 июня 2002 года, решением столичного правительства было образовано наше Управление по экономической безопасности Москвы. Тогда это был первый опыт подобного рода в России, а сегодня во многих регионах используют этот московский опыт, и там тоже начинают работать соответствующие структуры, занимающиеся обеспечением экономической безопасности. Экономическая безопасность рассматривается нами как составная часть национальной безопасности. Между тем у нас по этому вопросу до сих пор нет федерального документа. Правда, в 1997 году была разработана концепция национальной безопасности на пять лет. То есть какие-то наработки на местах есть, нет только общегосударственного документа...

- А концепция экономической безопасности существует?

- Что касается московской концепции, здесь не все так просто, поскольку в Москве, как столичном мегаполисе, есть несколько уровней обеспечения экономической безопасности - городской, муниципальный, федеральный. Не сомневаюсь, что в ближайшее время мы решим эту задачу. Проблема в том, что сегодня мы живем в условиях переходного периода. Я бы назвал это "периодом неоднозначных реформ". Мы уже прошли первые этапы приватизации, периоды чековых аукционов, банкротств и скупки акций. Ключевой вопрос нашего времени - собственность. Да, в развитых рыночных странах этот вопрос давным-давно решен. У нас же пока восемьдесят процентов из всего количества поступающих в наше управление материалов - вопросы, связанные с проблемой собственности. Поэтому обеспечение экономической безопасности в переходный период заключается прежде всего в защите прав собственника. Государство должно реально гарантировать эти права, обеспечив неприкосновенность собственности. В этом кровно заинтересовано государство. В этом кровно заинтересована Москва - ведь 47 процентов бюджета нашей столицы уходит на удовлетворение социальных нужд москвичей. Если же мы видим, что захваты предприятий резко снижают налогооблагаемую базу в столице, мы понимаем, что допускать этого нельзя.

- Но ведь городские власти и не смотрели безучастно на происходящее. Они принимали и принимают меры к тому, чтобы исключить саму возможность захватов чужой собственности.

- Вы правы, город никогда не был сторонним наблюдателем в этом вопросе. Правда, тут многое зависит от федеральных законов. К сожалению, захватчики сегодня часто используют в своих неблаговидных целях "сырость" или двусмысленность таких законов. Ведь жизнь не стоит на месте, и мы часто видим определенное отставание нашего коммерческого, административного да и уголовного законодательства от жизни. Ничего страшного в этом нет, закон всегда должен "подтягиваться" к реалиям жизни. Другое дело, хотелось бы, чтобы это "подтягивание" происходило быстрее, оперативнее. Что касается Москвы, то здесь приняты очень важные законы, во многом способствовавшие улучшению ситуации. Это, например, городской закон "О земле". Теперь со сменой собственника может измениться профиль выпускаемой продукции, но ни в коем случае не профиль самого предприятия. Можно вспомнить и ряд других постановлений правительства Москвы, способствовавших введению экономических процессов в правовое русло.

- Тем не менее силовые захваты предприятий пока не канули в Лету...

- Силовые захваты - это исключительно опасное явление. Здесь мы видим и криминал, и коррупцию. Мы уже знаем основные механизмы этих явлений, которые мэр Москвы Юрий Лужков назвал "экономическим терроризмом". Схемы здесь простые, но, надо признать, весьма эффективные: фальсифицируется, скажем, протокол собрания акционеров, а потом на основании этого протокола захватчики регистрируют на себя предприятие, получая уже вполне законные документы из налоговой инспекции и Мосрегистрации. После чего они с помощью нанятых ЧОПов и даже военных переходят к собственно силовому захвату, прикрываясь полученными в судах - чаще всего в провинциальных - исполнительными листами, в присутствии судебных исполнителей и милиции. Дело доходит до самого настоящего штурма предприятий. Потом после подобных "блицкригов" захваченное предприятие многократно перепродают, а в конце этой "цепочки" стоит так называемый добросовестный приобретатель.

- Какова тенденция этого явления? Наблюдается ли сегодня рост числа захватов предприятий в Москве?

- Судите сами. В 2003 году к нам было восемь обращений по поводу захватов, а уже к августу 2004 года мы получили 35 таких обращений. И если сегодня этот негативный процесс не остановить, последствия могут быть самые серьезные. Сразу подчеркну: силовые захваты - сверхприбыльный бизнес, при сравнительно небольших вложениях захватчики получают огромную чистую прибыль, достигающую и тысячи процентов. Рейдеры хорошо подготовлены - и финансово, и юридически. Захватываемые же предприятия и акционерные общества зачастую оказываются не готовыми к защите своей собственности. Это не только и не столько "чисто московское явление" - подобное происходит по всей России, во всех регионах страны. В Москве первыми заметили опасность таких явлений и начали принимать кардинальные меры против захватов. Было решено скоординировать усилия всех силовых структур и соответствующих государственных органов. В сентябре прошлого года по инициативе Юрия Лужкова в столице появилась Временная межведомственная рабочая группа, усилия которой направлены на предупреждение захватов и выработку методов борьбы с ними.

- Уже есть какие-то ощутимые результаты работы этой группы под вашим руководством?

- Есть. Я имею в виду и практические результаты. Скажем, в 2005 году заведено уже 36 уголовных дел, 19 из которых возбуждено по материалам межведомственной группы.

Основной массив дел проходит по статье 159 Уголовного кодекса РФ - мошенничество. Вполне работоспособна и статья 330 (самоуправство), и статья 213 (хулиганство), и статьи 165, 179, 112...

- Иными словами, даже опираясь на действующее законодательство, можно бороться с захватчиками чужой собственности?

- Бороться можно и нужно. Речь идет о том, что для эффективной борьбы с силовыми захватами предприятий необходимо привести многие положения нашего законодательства в соответствие с реалиями нашей экономической жизни. Иначе аферисты всех мастей будут по-прежнему находить лазейки в наших законах, и "законно" захватывать чужое имущество. Мы этого допустить не можем еще и потому, что такая ситуация может подорвать имидж России как правового государства с рыночной экономикой. А это, в свою очередь, заставит многих западных бизнесменов воздержаться от инвестирования своих средств в нашу экономику. Так что ущерб от "недружественных поглощений" действительно очень большой - и морально-политический, и экономический.

Сегодня особенно распространен захват предприятий через скупку акций...

- Согласно закону "Об акционерных обществах" скупка акций сама по себе еще не преступление. Да, в закрытых акционерных обществах нельзя продавать акции "на сторону". Но ведь эти акции можно оформить и как дарение, и тогда, даже имея на руках всего одну акцию, захватчики могут приступать к своему грязному делу.

- Когда мы говорим "захватчики" - видимо, речь идет о каких-то конкретных фирмах и людях? Они известны?

- Известны и захватчики, известны и все основные механизмы силовых захватов. Среди захватчиков особенно выделяется инвестиционная компания "Россия". Когда мы говорим о компаниях-захватчиках или о компаниях-рейдерах, речь идет прежде всего об организованных преступных сообществах. Они уже обросли и нужными связями, на них работают прекрасно подготовленные юристы, да и с деньгами у таких компаний проблем не возникает. Их задача - сменить руководство намеченной к захвату фирмы, чтобы затем распоряжаться активами этой фирмы. Или просто перепродать эти активы заинтересованным лицам, или, как их еще называют, "добросовестным приобретателям". Которые, замечу, нередко оказываются непосредственными заказчиками захвата... Схема, используемая при этом захватчиками, достаточно работоспособна и эффективна. Но мы можем противопоставить ей свою схему работы. Упор тут делается на профилактику, предупреждение силовых захватов, и здесь у нас уже есть неплохой опыт. Получив информацию о готовящемся захвате, мы действуем совместно с силовыми структурами правительства Москвы, и тут наша главная задача - предотвратить захват. Приглашаем в наше управление обе конфликтующие стороны, смотрим документы, и, как правило, после такого разговора захватчики притихают.

- В чем, по-вашему, главная причина этой захватнической проблемы?

- Наверное, это прежде всего наше неумение защищать свою собственность...

- Ну, этому умению вроде и неоткуда было взяться, за столько-то лет отсутствия всякой частной собственности в нашей стране...

- Согласен, мы слишком долго не знали, что это такое - частная собственность на средства производства, дома и другое ценное имущество. Но ведь наша страна живет в условиях рынка вот уже пятнадцать лет, и за это время хорошо бы научиться защищать свою собственность. Однако часто мы видим, что, скажем, акционерное общество не знает, как это сделать. Наши сотрудники подсказывают им способы защиты - скажем, нельзя распылять пакет акций, необходимо обзавестись сильной юридической службой, нормальной охраной, наконец. Нужна правовая защита предприятий. Нужна активная защита собственника со стороны государства. Иначе он, собственник, подвергнувшийся атаке захватчиков, вынужден будет либо сворачивать свой бизнес, либо уходить в "тень", а это уже миллионы недоплаченных в казну налогов, потеря рабочих мест и другие малоприятные в социально-экономическом плане явления. Еще хуже, если такой собственник, убедившись, что государство в лице милиции или прокуратуры ему не помогает, обратится к криминальным структурам. Вот они, эти откровенно криминальные структуры, и заинтересованы в сохранении и расширении рынка захватов.

- Получается, что государство, не обращая внимания на захваты частной собственности, способствует размножению и усилению этих самых криминальных структур?

- Объективно получается именно так. И мы делаем все для того, чтобы переломить эту ситуацию, ввести экономические отношения в правовое русло. В Москве это во многом удалось сделать благодаря принципиальной, последовательной позиции мэра Москвы Юрия Лужкова и столичного правительства. Но, как я уже говорил, одно только московское правительство тут ничего не сделает - нужно менять многие федеральные законы, а это уже дело Государственной Думы. Москва, кстати, уже направила туда свои варианты поправок, но пока, к сожалению, Дума до них не добралась. Между тем это вопросы государственного значения, и их надо решать как можно быстрее.

- Ваше управление занимается и исследованием такого феномена, как мошенничество?

- Да, и мы видим, что существуют разные, самые изощренные формы мошенничества. Видим мы и другое: зачастую люди сами дают себя обманывать, проявляя излишнюю доверчивость, чем и пользуются аферисты. Скажем, если вам предлагают квартиру в престижном районе в центре Москвы по цене 700 долларов за квадратный метр, понятно, что это обман. Ведь такие квартиры стоят куда дороже, и площадь здесь оценивается в 3 - 4 тысячи долларов США за квадратный метр. И что же? Люди дают себя обманывать, передают мошенникам деньги, а потом стучатся в двери давным-давно исчезнувших с их деньгами фирм-однодневок...

- Мы привыкли считать, что силовые захваты - это, как правило, захват извне. Но сегодня наметилась тенденция к захватам изнутри, когда часть членов акционерного общества пытается сместить правление и посадить туда своих людей. Такой случай произошел, например, в Южном Бутове, в жилищно-строительном кооперативе "Альфа", где до сих пор продолжаются "бои местного значения" за власть в правлении кооператива.

- Действительно, чаще всего речь идет о захватах извне, когда захватчики скупали акции, создавали немыслимые условия для работы предприятия, потом недорого выкупали уже контрольный пакет акций и с выгодой для себя перепродавали предприятие. Но случай, о котором вы сейчас упомянули, - это сравнительно новая тенденция, и мы такие "внутренние разборки" прослеживаем. Сложность заключается тут в том, что это, как правило, внутрикорпоративный спор, в который никто со стороны, в том числе и наше управление, вмешиваться не имеет права. Бывает так, что часть членов акционерного общества приносит нам заявление - мол, разберитесь и накажите виновных. Но то же самое делает и другая, противоборствующая часть акционеров. В подобных случаях, в том числе и в случае происходящего в кооперативе "Альфа", мы действуем так: просим представить нам документы, подтверждающие право собственности или легитимность данного состава правления. Как правило, нелегитимные претенденты на власть в акционерном обществе или кооперативе в подобных случаях тушуются. Ведь когда речь идет о захвате предприятия, он всегда основывается на фальшивках, на которые лишь потом накладываются решения судов, исполнительные листы и другие вполне законно оформленные документы. Не стоит лишь забывать о том, что в основе такой документальной пирамиды всегда лежит откровенная липа - скажем, подделанный протокол собрания акционеров с фальшивыми подписями и печатью. Да, напрямую в такие дела мы вмешиваться не можем, но мы в любом случае исходим из того, что чем меньше очагов социальной напряженности, тем лучше социально-экономическое самочувствие общества. При этом мы руководствуемся принципами - законность и справедливость. Если в ЖСК "Альфа" сложилась такая сложная ситуация, пусть обращаются, будем разбираться.

- Вы сказали о необходимости сохранять в Москве благоприятный инвестиционный климат. Как с этим обстоит дело сегодня?

- В Москве инвестиционную работу контролируют мэр и правительство столицы. Конкретно - сравнительно недавно создано новое Управление координации и контроля за реализацией инвестиционных проектов. Это управление, появившееся при Департаменте градостроительной политики, развития и реконструкции Москвы, возглавила заместитель руководителя департамента Ирина Кузнецова. Наше управление тесно сотрудничает с этой структурой, и мы общаемся практически еженедельно, обсуждая конкретные вопросы, связанные с инвестиционной сферой. Наша общая задача - вернуть городу долги инвесторов, вовремя не рассчитавшихся с Москвой. В результате в декабре прошлого года в столичный бюджет возвращено 13 миллионов рублей.

- А с Тендерным комитетом ваше управление тоже сотрудничает?

Да, разумеется, и представители нашего управления входили во все конкурсные комиссии.

- Комиссии проверяют в том числе и представленные на конкурс документы. Среди таких документов попадаются фальшивки?

- Да, было и такое. Появились уже даже подделанные решения... Мосгорисполкома, якобы принятые в 70 - 80-х годах прошлого века. Нам, например, известны уже три таких факта. Конечно, при проверке легко выяснить, что это липа. Видимо, фирмы, предоставляющие такие, с позволения сказать, "документы", надеются на то, что эту фальшивку не заметят... В 2004 году выявлено 28 случаев представления фальшивых справок - 14 таких случаев зафиксировано в сфере строительства и еще 14 касались городского заказа на закупки и услуги. Представившие такие фальшивки фирмы сняты с конкурса, а их названия занесены в Реестр деловой репутации, созданный на базе бюро единых кредитных историй при нашем информационно-аналитическом центре. Мы исходим из того, что одним из принципов при конкурсной оценке того или иного инвестора должны быть ранее выполненные обязательства. Выполнил их предприниматель честно, не остался должен городу - значит этот бизнесмен может участвовать и в другом конкурсе.

- Сейчас Москва переходит к проведению только открытых конкурсов и аукционов. Как вы к этому относитесь?

- Положительно. Считаю открытость и прозрачность одними из первых признаков подлинно рыночной экономики, находящейся в правовом поле. Политика города ясна: мы будем добиваться сокращения, а потом и полного прекращения выделения земельных участков в Москве на бесконкурсной основе и резкого сокращения так называемых закрытых конкурсов. Возвращаясь же к вопросу об инвестициях, напомню: в прошедшем году по поручению Юрия Лужкова наше управление занялось инвентаризацией и анализом всех инвестиционных контрактов начиная с 1992 года. Всего был заключен 2481 инвест-контракт на объекты жилого и нежилого фонда. По 1362 объектам работа была завершена, 624 объекта находились в разных стадиях завершения, по 70 объектам не завершено оформление документации, в 177 случаях имела место пролонгация инвест-контрактов, а вот по 133 объектам работы даже не начинались. В последнем случае город расторгал договоры, и теперь участники рынка могли вернуться к ним только на конкурсной основе.

- Инвесторы не испугаются? Не разбегутся иностранные гости, желающие вложить свои кровные в экономику Москвы?

- Когда мне говорят, что такой строгий подход отпугнет инвесторов, я отвечаю, что это отпугнет недобросовестных инвесторов. Речь ведь идет не о том, чтобы кого-то напугать. Речь о том, что город имеет право и должен знать, что происходит с инвестиционными контрактами, как они выполняются на самом деле. Это и будет нормальное, хозяйское отношение к имуществу Москвы. Оно, это имущество, должно работать на наш город, на благо каждого москвича. При этом, разумеется, надо учитывать и интересы инвесторов. Думаю, в Москве найден разумный баланс сочетания таких интересов, и в этом одна из причин того, что инвесторы к нам приходят охотно, и нам никого не надо упрашивать вложить в Москву инвестиционные средства.

- В этом контексте, наверное, нелишне вспомнить и слова вице-мэра Москвы Валерия Шанцева, сказанные после открытия в нашей столице 16-го Конгресса организаций предпринимателей столиц Европы: "...Инвесторы, вложившие деньги в развитие столицы с начала 90-х годов, не потеряли ни доллара инвестиций, поскольку городские власти пунктуально выполняют обязательства перед зарубежными и отечественными предпринимателями".

- Да, и эти слова вице-мэра Валерия Шанцева - еще одно подтверждение того, что мы в Москве добились обеспечения мягкого инвестиционного климата. Что касается Реестра деловой репутации, о котором я уже говорил, это поможет нам ориентироваться в среде участников инвестиционной деятельности. При этом мы исходим из того, что инвестор должен быть добропорядочным предпринимателем, законопослушным налогоплательщиком, профессионально и финансово состоятельным бизнесменом. Но если мы запрашиваем, скажем, налоговую инспекцию и узнаем, что такой-то предприниматель был замечен в подделке документов, его имя тут же попадет в черный список, и такая информация будет накапливаться в реестре постоянно.

Принцип "одного окна", о котором сегодня столько говорят, реально реализовать на практике во всех учреждениях столицы?

- Думаю, это вполне реальное дело, инициированное мэром Москвы Юрием Лужковым. Внедрение принципа "одного окна" призвано не только обеспечить удобства заявителям. Это очень кардинальный и очень своевременный шаг против коррупции, когда практически исключается непосредственное общение заявителя с чиновником, когда само прохождение документа уже никак не зависит от личных симпатий или антипатий конкретного чиновника, который в этом случае просто выключается из процесса принятия решений, превращаясь в исполнителя закона и должностных инструкций. Это общепринятая мировая практика, и здесь мы, как говорится, Америки не открыли.

- Каков уровень обеспечения информационной безопасности в Москве?

- Очень своевременный вопрос. Информационная безопасность действительно важна для нормального развития государства и общества, для нормального функционирования рынка и вообще всех сфер современной жизни. Вступив в двадцать первый век, век высоких технологий, мы во многом оказались не готовы к ситуации, при которой и сама информация становится товаром на рынке. Информация сегодня - новый вид собственности, и эту собственность тоже надо уметь защищать. Не секрет, что подчас информация о той или иной компании уходит из базы данных, и в этом уходе повинны конкретные чиновники. Поэтому мы выступаем за установление в нашем законодательстве такой нормы, которая предусматривала бы наказание и за сознательно организованную из корыстных побуждений утечку информации.

- "Горячая линия" вашего управления может помочь и в выявлении подобных случаев?

- Несомненно. Телефоны нашей "горячей линии" - 234-04-00 и 631-11-77 - оказались востребованными обществом, нам часто звонят и не только для того, чтобы сообщить о фактах силового захвата предприятий, но и для консультаций. Подчеркну, мы не оставляем без внимания ни одного звонка на "горячую линию". Это наша работа, а мы работаем прежде всего для города и во благо каждого москвича.

Интервью с Александром КОРСАКОМ телезрители смогут увидеть 23 июня в 12.45 в передаче "Точный расчет" на канале ТВЦ./Тверская 13, 09.06.2005/

<< предыдущая статья     оглавление     следующая статья >>